ИЗ ИСТОРИИ: память

Айсберг
К 60-летию со дня рождения Сергея Андиева

Есть люди, которые лепят свой образ в салонах красоты, кабинетах пластической хирургии. Сергей Петрович Андиев, которому пятнадцатого февраля этого года должно было исполниться шестьдесят лет, рубил свой образ из гранита родовой мощи своих родителей, гор Осетии, ее лавин, рек и водопадов, щедрых долин.

Заслуженный тренер Советского Союза, с 1982 года заместитель председателя Северо-Осетинского спортивного общества «Динамо», Петрович, как звали его друзья, был одним из братьев Андиевых, родители которых Петр Ахметович и Наталья Даниловна по меткой характеристике одного из лучших друзей Сергея, были «красивыми, прямыми и правдивыми». Такими росли, крепли и мужали и их дети – старший, Геннадий, средний Сергей и младший Сослан. Все трое – потомственные борцы, причем, по неписанным законам старшинства и братства Гена был тренером Сергея и Сослана, а когда его не стало, тренером Сослана стал Сергей. Под руководством Сергея Сослан выиграл свою вторую олимпиаду в Москве.
В главном – человечности и великодушии – все братья Андиевы были едины, но в природе не бывает абсолютного единства… Гена был «весь в себе», Сослан – упорным в достижении главной цели; Сергей – воинственным стражем храма Дружбы... Конечно же, он ценил все достойное в человеке, ибо сам был не только классным спортсменом, но и проницательным психологом – «вычислял» людей с первого взгляда. Конечно же, он свято любил свою семью. Вдохновенно, даже неистово любил свою работу! Четыре года главный тренер сборной республики по вольной борьбе, Сергей Петрович был непревзойденным организатором спортивного мира.
Из-под его крыла взошли на пьедестал мировых чемпионатов штангист А. Акоев, самбист Г. Черткоев, борец В. Тогузов, на пьедестал олимпийский под флагом Украины – Эльбрус Тедеев. А всего примерно сорок заслуженных мастеров спорта и мастеров спорта международного класса по восемнадцати видам спорта. Стадион «Динамо» «до Сергея» напоминал огороженную хромым забором свалку. Петрович вернул ему лицо. Он любил работу, с детства и до последнего вздоха исповедовал Дружбу. Мужскую. Скальной твердости. Ибо сам был скалой. Как его отец и братья. Поэтому людей, которым он был дорог этим качеством, у него было несметно. Из всех республик, краев и даже континентов. Они были едины в своей братской верности Петровичу, а эта верность объяснялась и объясняется по сей день, когда его уже нет комбинацией морально-нравственных качеств, присущих единицам из тысяч. Сергей был одним из них.
Отметим, что в годы российского разбойного капитализма его верность Союзу Советских Социалистических Республик – в ликах настоящих коммунистов, пионеров первых пятилеток, Красной армии и народов, разгромивших фашизм, – была непоколебима. Идеальных социальных систем нет. Каждая эпоха проклята и воспета. Совсем не политик, Сергей Андиев это понимал. И, может, поэтому он любил героические осетинские и русские народные песни, фильмы советских лет, а особенно, со слов друзей, фильм «Кубанские казаки».
Я знал Сергея и не знал его. Не знал, например, что он с отличием закончил среднюю школу, по специальности был строителем, что обладал абсолютным музыкальным слухом и уже в шесть лет играл на фортепиано, баяне, аккордеоне; что он знал наизусть сотни песен – от народных и блатных до классических арий; что любил хорошую литературу, особняком – Джека Лондона.
Как-то один негласный летописец Андиевых с чувством говорил о бесконечности достоинств Сергея, назвав его в конечном итоге сверхпорядочным. Своей восхищенностью личностью Сергея он подвел меня к метафоре об айсберге, надводная часть которого обозрима, а подводная – огромна и неохватна. Подумалось: а что, если собрать всех, кто знал Петровича, и попросить каждого из них сказать хотя бы одно слово о нем? Наверное, можно было бы сколотить роман. На ум пришла сага о трех мушкетерах, ибо в Сергее были и дерзкая бесшабашность Д'Артаньяна, и великодушие Портоса, и утонченность Арамиса, и степенная мудрость Атоса. Прибавим, что Сергей был непредсказуемо остроумен. Как человек большой во всем, а не только в частностях, был, повторимся, великодушен: умел прощать, но и не выносил хамства.
Какое счастье, что есть люди, даже одна мысль о которых – праздник! Все рано или поздно уходят. Уйдем и мы. Но в плотной, плечом к плечу, сцепке с Сергеем Андиевым, прекрасным сыном, братом, мужем, отцом, борцом, а по мироощущению поэтом, но прежде всего – великим полководцем армии друзей, ибо вражда – аморальна, а дружба – недосягаемая вершина Человечности!..
Герман ГУДИЕВ.

---