газета "Северная Осетия" / Право

ПРАВО: в номер!

«Оборотни» в погонах… местного масштаба

Совместными усилиями УФСБ по РСО–А и республиканского МВД задержаны четверо сотрудников батальона ППСМ Управления по охране административной границы.

В ходе проведения специальной операции «оборотни» в погонах были задержаны при сбыте оружия и боеприпасов: автоматического пистолета Стечкина с глушителем, автомата и 900 патронов к пистолету ТТ. Задержанным: Альберту Сланову, 1975 г. р., Ибрагиму Тибилову, 1982 г. р., Казбеку Дарчиеву, 1979 г. р. и Сослану Боциеву, 1983 г. р., предъявлено обвинение по ст. 222 УК РФ – за незаконное хранение, сбыт и перевозку огнестрельного оружия и боеприпасов. В домовладениях задержанных также было обнаружено более 200 патронов различного калибра и граната Ф-1.
Операция по пресечению преступной деятельности милиционеров длилась два месяца. Ее вели сотрудники ФСБ и Управления собственной безопасности МВД. Их задержали сразу же после заключения незаконной сделки, а в тайнике машины были обнаружены три тысячи долларов – это деньги за продажу пистолета Стечкина с глушителем.
По словам оперативников, милиционеры были застигнуты врасплох, хотя соблюдали все меры конспирации. Сланову, Тибилову, Дарчиеву и Боциеву грозит от 2 до 6 лет лишения свободы. Но в деле есть отягчающие обстоятельства: предварительный сговор, незаконный сбыт оружия и боеприпасов, а противоправная деятельность обвиняемых будет рассматриваться как совершенная организованной преступной группой.
– Так будет с каждым подобным «оборотнем», – прокомментировал задержание сотрудников милиции и. о. министра внутренних дел РСО–А Сослан Сикоев. – Это работа по очищению наших рядов собственными силами. Мы провели совместно с УФСБ эту операцию, но горько от того, что речь идет о сотрудниках органов внутренних дел, которые сами должны вести борьбу с организованной преступностью и преступными сообществами. Для нас это большой минус, особенно для Управления собственной безопасности, хотя в данной ситуации они работали на выявление этих «продавцов» оружия. Неизвестно, в кого бы стреляло это оружие, но, скорее всего, в безвинных людей. Следствие выявит все детали профессиональной несостоятельности этих сотрудников, а суд в том числе определит и меру их нравственного падения. Очень обидно, что преступные действия одних бросают тень на всю милицию. Но, подчеркиваю, руководство МВД республики будет решительно и наступательно бороться с такими горе-работниками. Пришло время бескомпромиссной борьбы с «оборотнями» в наших рядах.
Материал подготовлен пресс-службами МВД РСО–А и УФСБ по РСО–А.

ПРАВО: разговор начистоту

Где вакцина против вируса «дедовщины»?

Недавний трагический случай с солдатом-срочником А. Сычевым в Челябинской области заставил встрепенуться все государственные институты страны, вновь остро поднять проблему неуставных отношений в армии и вплотную заняться выработкой мер по искоренению этого явления.
Тема дедовщины в армии поднималась на страницах «СО» не раз, неоднократно наша газета призывала в собеседники прокурора Владикавказского военного гарнизона, полковника юстиции Александра ТЕБЛОЕВА, который достаточно объективно и жестко обозначал современные издержки армейского быта.
К сожалению, и теперь, во время нашего очередного разговора на эту тему, Александр Григорьевич вынужден был начать беседу с неутешительной реплики:

– Сегодня неуставные отношения в Вооруженных силах остаются не только острой проблемой, но нередко оборачиваются трагическими исходами.
– Александр Григорьевич, давайте сначала определимся в сути этого понятия. Что такое неуставные отношения?
– Вот трактовка по закону: это – нарушение уставных правил взаимоотношений между военнослужащими при отсутствии между ними отношений подчиненности. В чем это выражается? В умышленных действиях, связанных с насилием. То есть – побои, причинение телесных повреждений, которые иногда влекут и смертельные случаи.
Я не ставлю перед собой цель – очернить армию, или, наоборот, прикрыть уровень преступности в этой среде, но это негативное явление – неуставные отношения – приобретает катастрофический характер не только во Владикавказском гарнизоне, но и во всех родах войск Вооруженных сил России.
Откуда берет начало это позорное явление? Важный фактор здесь – командирское звено. Командир воинской части является единоначальником. И он несет ответственность за все: за воинскую дисциплину, правопорядок в части, он обязан анализировать причины, порождающие преступность, и устранять их.
На деле же командиры нередко ограничивают свои функции бравурными рапортами о том, что на учениях его воинская часть отстрелялась на «отлично», все боевые задания выполнены прекрасно.
О морально-психологическом климате в части мало кто задумывается. А он порой таков, что впору всем за голову хвататься.
Многие командиры сетуют на то, что сегодня сержантский состав не тот, он не подготовлен как следует. Также и офицерские кадры уровня командира взвода, роты... Но ведь каждый офицер оканчивает соответствующее учебное заведение, как любой врач или инженер, и он обязан быть профессионалом.
Главная причина, на мой взгляд, заключается не в слабой профессиональной подготовке, а в отсутствии требовательности, игнорировании норм устава, откровенном попустительстве.
Согласен, сегодня нерадивого солдата трудно приструнить дисциплинарными мерами. Смотрите: в уставе прописано, что солдата за тот или иной проступок можно наказать лишением права на очередную увольнительную. Но возникает вопрос: а как применить эту меру, если сегодня сплошь и рядом солдат свободно покидает территорию воинской части? Он не ждет очередного увольнения, а гуляет сам по себе, поскольку знает, что контроля со стороны младших командиров нет.
Вот когда будет наведен порядок на КПП, пропускной режим будет под контролем, когда станут выставляться патрули вокруг территории воинской части, тогда и не будет самовольщиков. Что мешает командирам предпринять такие шаги? Видимо, есть другая заинтересованность, выгоден некоторым такой хаос, если не больше...
– Ну а как устранить эту заинтересованность, выгодность такого положения вещей?
– Нужно укрепить привязку командирского звена к конкретному месту службы. Тот же командир батальона сегодня стремится быстрыми темпами идти по карьерной лестнице, командир полка – тоже смотрит еще выше. Сегодня он здесь, завтра – в другом месте, в другой должности.
Ему неважно создавать фундамент дисциплины, он – временщик. А за невыполнение своих обязанностей мало кого наказывает вышестоящее военное руководство. Вот и получается замкнутый круг. Институт аттестации офицерского звена практически не работает. Но ведь спрос должен быть, государство же вкладывает немалые средства в обучение офицера, и оно обязано требовать от него соответствующей профессиональной отдачи. А в противном случае – увольнять его, лишать всех социальных гарантий.
– Вы очень часто употребляете слова «надо», «если», то есть знаете, что необходимо предпринимать. А как запустить этот механизм, кто должен его задействовать?
– Это – вопрос многогранный. Я уверен, что в последние годы мы очень занижали роль военных комиссариатов. Не могу припомнить, чтобы сейчас в школу к старшеклассникам хотя бы раз в году был приглашен офицер из военкомата, как это было раньше. Начальная военная подготовка ведется кое-как, работа с допризывной моло-дежью фактически развалена. Воспитателей в армии нет. Мне могут возразить, что якобы нет таких институтов, готовящих подобных воспитателей. А они и не нужны. Воспитательная роль командира прописана в уставе.
– После драматичной развязки истории, вскрывшей изуверства над рядовым Александром Сычевым в Челябинской области, некоторые военные чины в качестве оправдания стали утверждать, что армия – это зеркальное отражение общества. Туда не попадают из космоса. И на гражданке на человека могут напасть хулиганы, и на улицах грабят. И от армии нельзя ждать кристальной чистоты? Выходит, смириться надо, раз общество такое?
– В какой-то степени с этим можно согласиться. Но повторю снова: армия и должна бороться с негативом, который заносится сюда с «гражданки». Она обязана воспитывать, формировать полноценного мужчину, а не тиражировать порочные формы поведения.
Если командирское звено станет выполнять нормы устава хотя бы на 50%, положение в армии резко улучшится. Но этого пока нет. Зато наблюдаем парадоксы, когда в двух соседних частях – диаметрально противоположное состояние дисциплины. Возьмем 19-ю мотострелковую дивизию в п. Спутнике. Вот 693-й мотострелковый полк, а рядом – артиллерийский. В артиллерийском все благополучно, в мотострелковом на протяжении последних трех лет уровень преступности перекрывает уровень всей дивизии. Там что, другие люди? Их из зоны набирали? Нет. Просто полное отсутствие контроля за дисциплиной порождает разгильдяйство и вседозволенность.
Вот вам еще свежий пример. 9 марта этого года в Ханкале был избит солдат по фамилии Жуков, с серьезными последствиями для здоровья. И что вы думаете? Этот солдат с тяжелыми травмами каким-то образом оказался в сельской больнице в Дур-Дуре. Сейчас мы разбираемся в случившемся.
Но вывод из этого какой? Командир, не желая выносить сор из избы, попытался скрыть происшествие от прокуратуры и направил избитого солдата в гражданскую больницу. Такие факты нередки и во Владикавказском гарнизоне.
Мы уже направили письмо министру здравоохранения РСО–А с просьбой по каждому факту поступления военнослужащих в гражданские больницы немедленно сообщать в военную прокуратуру. Скажу и о другом: частенько и врачи идут по преступному пути. Если к ним поступает, скажем, рядовой Иванов, то он оформляется в больнице как гражданский Сидоров. Уже выявлено несколько таких случаев.
– Мы с вами говорим о необходимости усиливать воспитательную роль командирского звена. Где оно формируется? В военных учебных заведениях. Александр Григорьевич, развейте или подтвердите слухи о том, что в Северо-Кавказском военном институте внутренних войск МВД РФ стали происходить эксцессы явно уголовного характера…
– К сожалению, опровергнуть этого не могу. По численному составу этот институт меньше любой воинской части, но правонарушения здесь среди курсантского состава принимают катастрофические масштабы. Причем преступления выходят уже за пределы самого института.
Что приходится там выявлять? Это и те же неуставные отношения между курсантами. Есть факты, когда курсанты выходили за территорию своего учебного заведения, нападали на военнослужащих, дежурящих на КПП воинских частей, похищали оружие, обворовывали квартиры однокурсников, похищали денежное довольствие из сейфа командира батальона, совершили разбойные нападения на таксистов. Один курсант даже убил своего соседа по месту жительства.
Все они отчислены из вуза и приговорены к различным срокам наказания судами, но сама обстановка, складывающаяся нынче в некогда знаменитом СКВКИ МВД РФ, вызывает нешуточную тревогу. Как человек, не понимающий, что такое курсантские погоны, сможет завтра стать нормальным офицером и бороться с неуставными отношениями в воинской части?! Только в прошлом году в СКВКИ было выявлено 14 тяжких преступлений. А с начала этого года – уже два разбойных нападения, совершенных курсантами военного института.
– И каковы ваши методы воздействия, чтобы не только выявить преступление, возбудить уголовное дело, но и предотвратить преступное деяние?
– Усилили свой надзорный контроль. Сотрудники военной прокуратуры, в том числе и я, взяли за правило посещать в ночное время все подведомственные учреждения, будь то воинская часть или учебное заведение. Проверяем, на месте ли весь личный состав, даем команду военнослужащим раздеться до пояса, чтобы была возможность выявить следы побоев. Берем на вооружение фактор внезапности проверок, чтобы любой нерадивый командир всегда был уверен: его попустительство и безответственность будут выявлены, и наказание по закону непременно последует.
А всем военнослужащим и гражданским лицам, ставшим свидетелями неуставных отношений, армейского беспредела, рекомендую незамедлительно звонить по телефону 75-43-92, потребовать прокурора и сообщить имеющуюся информацию. Или же связаться со следователями по телефону 75-11-95. Это окажет хорошую помощь и ускорит процесс установления долгожданного порядка в армии.
Беседовал З. ТИМЧЕНКО.