КУЛЬТУРА: дата

ГАЙТО ГАЗДАНОВ И «НЕЗАМЕЧЕННОЕ ПОКОЛЕНИЕ»
Новый вклад в изучение творчества выдающегося писателя русского зарубежья

В 2006 году читатели и исследователи творчества Г. Газданова, все, кто интересуется литературой и культурой русского зарубежья, получили бесценный дар – сборник материалов международной научной конференции, посвященной 100-летию со дня рождения, которая прошла в Москве в 2003 году, под эгидой Российской академии наук, Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье» и Франко-российского центра общественных и гуманитарных наук.

Берем в руки аккуратный трехсотстраничный том в светло-голубой обложке под титулом «Гайто Газданов и «незамеченное поколение»: писатель на пересечении традиций и культур». На фоне стилизованного европейского пейзажа, уходящих в небо ступеней бесконечной лестницы – фотография Г. Газданова из архива Библиотеки-фонда «Русское Зарубежье», публикуемая впервые. Вглядываясь в неожиданный образ двадцатилетнего писателя, в эти мягкие, даже нежные черты, с особым пронзительным чувством понимаешь, как решительно и жестко они изменятся под воздействием драматических обстоятельств жизни. В название сборника вынесено заглавие книги современника Газданова – писателя и философа В. Варшавского. Он объявил свое поколение «незамеченным», поскольку возможность широкого диалога с родиной и миром оставалась для младоэмигрантов несбыточной утопией. Однако для нас сегодня утопия стала живой реальностью, «незамеченные» писатели-младоэмигранты – заметной и значимой частью культурной жизни и в России, и в странах, когда-то принявших изгнанников.
Научный уровень издания определен исследовательским статусом его участников. Среди них – ученые-слависты мировой известности. Это классик газдановедения, профессор Массачусетского университета, автор фундаментальных работ по истории русской литературы
ХХ века Ласло Диенеш; Мишель Окутюрье, профессор Парижского университета, переводчик, автор книг о Л. Толстом, Б. Пастернаке, о русских формалистах; Елена Менегальдо, профессор университета в Пуатье, ее перу принадлежат работы по истории культуры первой волны русской эмиграции; Елена Бальзамо, эссеист, переводчик романов Газданова на русский язык, профессор Сорбонны; Любовь Белошевская, главный редактор пражского журнала «Rossica», профессор Славянского института Чешской академии наук; Зорислав Паункович, сербский исследователь и переводчик, главный редактор литературного журнала «Руски альманах». Отечественное газдановедение представлено учеными, работающими в научных центрах Москвы, Владикавказа, Екатеринбурга, Ростова-на-Дону. Это литературоведы, культурологи, историки-эмигрантоведы, писатели. Среди них В. Б. Земсков, М. А. Васильева, Т. Н. Красавченко, Р. С. Бзаров, М. А. Литовская, Ю. В. Матвеева, А. И. Серков, С. Н. Муравьев, С. Н. Федякин, В. С. Газданова, О. Е. Гайбарян, М. Н. Шабурова.
Сборник состоит из двух разделов. В исследовательской части рассматриваются проблемы связи Газданова с русской и европейской литературной традицией, включенности его произведений в современный писателю культурный контекст, принадлежности Газданова к тому или иному литературному направлению, поэтика прозы Газданова, его философские, эстетические и этические представления. Часто статьи полемически противопоставлены друг другу, что, безусловно, украшает сборник, а читателя захватывает подлинной научной интригой.
В документальный раздел вошли ценные архивные материалы. Это выступления Газданова на радио «Свобода», где писатель вел серии передач «О книгах и авторах» и «Дневник писателя», его переписка с выдающимися современниками – писателем Л. Д. Ржевским, философом Ф. А. Степуном, писателем и критиком В. Д. Самариным. Интересные сведения о Газданове дает публикация беседы Л. Диенеша с известным литературным критиком и искусствоведом В. В. Вейдле, которая состоялась в Париже в 1975 году. О малоизученном раннем периоде творчества Газданова, времени его учебы в Шуменской гимназии (Болгария) рассказывает
С. Н. Муравьев, с отцом которого Газданов был дружен. Отметим также воспоминания о писателе О. Абациевой–де Нарп, его четвероюродной сестры, которые отличаются интонацией подлинности и живого человеческого участия.
Подготовка рукописных текстов сборника, все виды комментариев, сведения об авторах выполнены с безупречной точностью и филологической культурой. В этом заслуга составителей издания Ф. Х. Хадоновой, М. А. Васильевой и Т. Н. Красавченко, которая является также автором великолепных переводов французских материалов сборника.
В результате совместных усилий авторов-исследователей и составителей мы получили прекрасную книгу, где дана глубокая и достоверная концепция историко-литературной эпохи Гайто Газданова.
И. ТОЛАСОВА, кандидат филологических наук, доцент СОГУ.

---

КУЛЬТУРА: это стоит читать

Аланские корни короля Артура

Московское издательство «Менеджер» порадовало любителей средневековой истории, выпустив в свет перевод книги английского ученого Говарда Рида «Артур – король драконов». В введении директор издательства Аузби Гутиев отметил: «Артур – это британское все, гиперзвезда всех времен и эпох, популярность которой не угасает на протяжении многих столетий. Книги на артурианскую тематику издаются ежегодно, их сотни, и чтобы появление в этом литературном многообразии еще одной привлекло особое внимание, должны быть серьезные причины». В данном случае такой причиной стала убежденность ученого в том, что «великий король бриттов связан с нашей страной, с древней цивилизацией ираноязычных племен – скифов, сарматов и алан». По словам А. Гутиева, недавние исследования генетиков показали, что у части населения северной Британии есть гены, «которые могли быть занесены туда только сарматами. Среди носителей этих генов есть древние аристократические кланы… Впрочем, тотальный штурм артурианских тайн еще впереди».
Издательство «Менеджер» не первый раз публикует солидные работы, имеющие непосредственное отношение к Осетии и осетинам. Напомним издание нартовского эпоса, или перевод солидного сборника письменных источников по истории алан, подготовленного испанским исследователем А. Алеманем.
А. Гутиев счел необходимым особо поблагодарить
А. Дзантиева, К. Кочиева, А. Королева, М. Гутиеву, Н. Самуэльян, А. Панченко, «усилия которых по подготовке издания можно характеризовать как подвижнические».
«Особую благодарность, – подчеркнул А. Гутиев, – издательство «Менеджер» приносит Вячеславу Борисовичу Басати, щедрой помощи которого мы обязаны возможностью профинансировать все работы по переведу книги на русский язык и ее изданию».

Согласно анализу Г. Рида, возникшие в постримское время легенды о короле Артуре, королеве Гинерве, волшебнике Мерлине, рыцарях «Круглого стола» восходят к истории сарматов, «варварских союзов племен, проживавших в степях (юга) России». В тезисном изложении выводы Г. Рида сводятся к следующему.
После завоевания Азии и Африки сарматы достигли Дуная, где, наконец, встретились с римлянами. Согласно свидетельству античных авторов, император Марк Аврелий принял на службу 8000 опытных всадников, 5500 из которых были посланы на т.н. стену Андриана в Бретани в помощь передовым заставам. По словам Г. Рида, в 175 г. после Р. Хр. первые отряды высоких, прекрасных всадников, защищенных металлическими доспехами, использовавших мотив дракона, достигли Бретани. Они представляли собой известное звено воинственных племен и, в определенной мере, основу легенд об Артуре. Эти профессиональные воины-всадники сражались под знаменами в виде драконов и поклонялись богу войны – обнаженному мечу, воткнутому в землю. Г. Рид обратил внимание на хранящиеся в петербургском Эрмитаже предметы с изображениями драконов; эти предметы найдены в могилах воинов-кочевников Сибири и датируются 500 г. до Р. Хр. Аналогичные мотивы отмечены в иллюстрированной книге, написанной ирландскими монахами в 800 г. после Р. Хр. Сарматские шаманы, как полагает Г. Рид, в английском фольклоре трансформировались в образе волшебника Мерлина; а чаша шаманов стала прообразом священного кубка Грааля. Жизнь сарматов и сегодня сохранилась в мифах о Камелоте; легенды этого цикла возвращают нас к образу знаменитого воина (из нартовского цикла) Батрадза, чья жизнь связана с волшебным мечом. Хотя азиатская теория происхождения английских легенд о рыцарях «Круглого стола» не нова, Г. Рид своим тщательным анализом существенно укрепил версию о сарматском (аланском) влиянии в формировании фольклорного образа короля Артура.
Конечно, не все эти идеи будут приняты в научном мире. Например, такой широко известный эксперт как Гоффри Эш (Geoffrey Ashe) уже выступил с критикой некоторых положений концепции Г. Рида. В частности, отметив широкое распространение мотива дракона (от мифологии Уэльса и Беовульфа до Ветхого завета), Г. Эш в резкой форме выступил против сарматских корней данного мотива: «Удручает то, что подобная ерунда (распространилась в научных кругах». Вместе с тем, было отмечено, что «Говард имел беспрецедентный доступ к архивным материалам, на основании которых версия о влиянии сарматских легенд на формирование мифов о Камелоте получила новое обоснование».
Идея о возможной связи английских легенд о короле Артуре с историей и фольклором сарматов-алан – не нова. Она уже поднималась как российскими, так и западными учеными (Rhys 1891; Barber 1973; Ashe, et al.1982; Ковалевская. 1998). Одним из последних исследований по данной проблеме является книга C.S. Littleton, L.A. Malkor. From Scythia to Camelot. New York, London. 2000. Авторы названной работы приводят параллели между священной чашей Грааля и священной чашей нартов – Nartamonga; причем, как они полагают, мотив священного кубка в английский фольклор попал через алан Галлии и Бретани. Немало общих черт сближают, по мнению ученых, короля Артура и нарта Батрадза.
Связь между двумя фольклорными героями в свое время довольно детально проследили Ж. Дюмезиль и Ж. Грисвар. Артура и Батрадза особенно сближает «великолепный мотив меча, брошенного в озеро: смерть Артура и смерть Батрадза». Несколько точных соответствий обнаружено между героем осетинского нартовского эпоса Сосланом и ирландцем Кухулином. В частности, в жизни второго часто фигурирует колесо; колесо же обрывает жизни первого. Если речь идет о заимствовании, то где, когда и через каких посредников оно произошло?
Практически все ученые сходятся во мнении, что речь должна идти об аланах, в V в. контролировавших Галлию с центром в Орлеане. Отсюда они продвинулись на запад, в бретонские районы. В.Б. Ковалевская отмечает «интересную связь легенд о короле Артуре и его рыцарях с историческими событиями V в., происходившими в Арморике». Причем, целый ряд черт короля Артура свидетельствует о том, что его прототипом являлся вождь алан (rex alanorum) Гоар, во второй четверти V в. возглавлявший мощную группировку алан в Орлеане. Данную идею поддерживают и некоторые западные историки, в частности, Б. Бахрах. Артура с аланами сближают культ меча (согласно Аммиану Марцеллину, аланы особо почитают бога войны и поклоняются мечу, воткнутому в землю), защитное вооружение коней, а рыцари короля Артура напоминают аланских катафрактариев. Описания всадников в бретонских песнях больше всего напоминают описания сармато-алан, их оружия и внешнего облика, экстерьера и резвости их крупных коней. Именно такого типа крупная лошадь изображена на крепостной стене Йорка, находящегося чуть южнее Hadrian Wall. Об этом сразу вспоминаешь, читая про короля Артура: «Arthur brought from the Great Wall Creamy horses used to saddle». О лошадях для тяжеловооруженных рыцарей сказано: «big spirited horses in fine conditions». Интересно, что Прокопий Кесарийский в середине VI в. отметил отсутствие лошадей в Бретани, следовательно, бретонцы тогда еще не имели представления о верховой езде. Однако в XII в. армориканские всадники пользовались заслуженной репутацией опытных конников.
В. Абаев и С. Кулланда обратили внимание на то, что первое упоминание Артура в средневековом письменном источнике (Ненний. История бриттов, 56) расходится с более поздней литературной традицией в определении статуса героя. У Ненния Артур, хотя и сражался с королями бриттов, сам был военным вождем («Arthur pugnabat... cum regibus Brittonum, sed ipse erat dux bellorum»). Российские ученые солидарны с Р. Коллингвудом, в свое время выдвинувшим гипотезу о том, что «Артур командовал мобильным отрядом, сражавшимся не на стороне какого-то одного кельтского королевства (поскольку он сражался вместе с разными королями бриттов), а всюду, где была необходима его помощь».
В.И. Абаев имя Артур выводил из аланского Artxuron – буквально «огонь солнечный», «Огонь Солнцевич». Отбросив суффиксальное – on, получаем Artxur – буквально «огонь Солнце». В.И. Абаев полагал, что «войско исторического Артура состояло, по крайней мере частично, из осевших в Британии сармато-алан. Потомком алан был, судя по его имени, и сам Артур».
В целом, аланы были хорошо известны в средневековой Англии. Они упоминаются в «King Alfred’s Orosius» (конец IX в.); «De Proprietatibus Rerum» Бартоломея Английского (первая половина XIII в.) содержит специальные разделы о скифах, сарматах и аланах; тогда же упоминаются аланы в «Chronica majora» Матфея, «Opus majus» Роджера Бэкона. О популярности алан в Западной Европе свидетельствует тот факт, что автор хроники «Historia Brittonum» родоначальника Европы назвал Аланом (Ковалевская. 1992, с. 71).
В целом, аланы были хорошо известны в средневековой Англии. Настолько хорошо, что автор хроники «История Британии» родоначальника Европы назвал Аланом.
Феликс ГУТНОВ.

---

КУЛЬТУРА: премьера

Когда падают в цене идеалы
Возникает потребность в таких фильмах, как «11 писем к Богу»

«Несправедливо снимать в Осетии «натуру» для кино про войну в Чечне. Ведь Осетия – это земля, сохранившая самобытные традиции и культуру, это край высоких идеалов и красоты», – обоснованность этих своих слов актер, кинорежиссер, музыкант, народный артист РСО–А, заслуженный деятель искусств России Аким Салбиев подтвердил долгожданным фильмом «11 писем к Богу», 2 декабря представленным публике в кинотеатре «Терек». А о том, что эту премьеру публика действительно заждалась, свидетельствовал полный зал в первый день показа.

В личной творческой биографии Акима Салбиева это пятый фильм – и первый, который он снял в родной республике. Видимо, и поэтому «11 писем к Богу» пронизаны особым трепетом перед чистым великолепием горных пейзажей, где разворачивается сюжет картины, любовью к людям, живущим здесь, неприкрытым восхищением и упоением всем, что составляет особенности местного менталитета и быта. Даже пороки здесь высвечиваются с легкой иронией, словно подразумевающей: «Родному все простительно...».
Действие фильма происходит в интернате, построенном высоко в горах, где живут мальчишки, либо оставшиеся без родителей, либо которым по состоянию здоровья показан здешний климат. Один из них, Вова, каждый день пишет письма к Богу, так как считает, что место, где они живут, напрочь им забыто, и по-другому к происходящему тут Его внимание не привлечь. Этот четко и удачно прорисованный образ совершенно необычного, внутренним светом просто обезоруживающего ребенка очень трогателен и символичен. Сколько сегодня таких детей, брошенных на произвол судьбы, вынужденных собственными неокрепшими душевными силами сражаться с недугом! Их жизнь от жестоких обстоятельств «внешнего» мира пока оберегают взрослые. Но что будет дальше, когда они покинут отрезанный от «большой земли» интернат?.. Это никому не известно, в том числе и автору фильма. Но ребята сами учат друг друга жизни, постигая сложный путь самоутверждения, взросления, переоценки ценностей. Дружба, доброта, терпимость, сила воли и твердость принципов из подросткового кодекса чести – характер этих мальчишек формируется так, как должен, но, увы, не так, как диктует современная действительность. И дело тут не в «рафинированности» условий, в которые они попали, пожалуй, в самый серьезный и болезненный период становления личности. Дело, видимо, в них самих, и еще – в людях, их окружающих: директрисе интерната, для которой это учреждение и его обитатели составляют цель жизни, учителях, воспитательнице... За некой каноничностью взаимоотношений, несвойственной ни сегодняшнему смысловому наполнению кинематографа, ни, тем более, реальности, проглядывается желание режиссера показать, каким должен быть мир и чему в нем не место. Пусть уклад этой жизни порой выглядит немного наивным и как бы насильно высветленным – это не кажется пошлым и неправдоподобным.
«Уже пришло время снимать фильмы о прописных истинах», – объяснил свою такую авторскую и режиссерскую позицию в фильме Аким Салбиев, предваряя его премьеру в кинотеатре «Терек». И, действительно, если нынче признанные идеалы жизни «падают в цене», и многие, кажется, начинают забывать, «что такое хорошо, и что такое плохо», значит, нужно это показывать, об этом говорить и писать...
А посему неудивительно, что свое согласие на участие в съемках фильма дали такие мэтры осетинской сцены, как Бексолтан Тлатов, Тамара Кабанова, Ахсарбек Бекмурзов, Лагтемир Дзитиев, Заира Тхапсаева и многие другие. С удачным дебютом в кино можно поздравить и воспитанников театральной студии им. Б. Ватаева, а известного в республике композитора Аркадия Цорионти – с исполнением заветной мечты: написать саундтрек к фильму. Очевидное вдохновение, с каким взялся он за ее осуществление, сказалось на результате наилучшим образом!
Конечно, вряд ли лента «11 писем к Богу» выйдет в массовый прокат – не тот формат, нет той нарочитой, взрывающейся и громыхающей зрелищности, влекущей сегодня публику в кинотеатры. Да и, будем откровенны, качество озвучивания, монтажа, компоновки сюжетных фрагментов все же неидеальны.
Впрочем, это все атрибутика, а суть – в содержании, точнее, в его идее. Поэтому, думается, у фильма есть весомые шансы просто жить для зрителя. Получил, по словам Акима Салбиева, фильм и приглашение участвовать в нескольких международных кинофестивалях.
Д. РЕВАЗОВА.

---